В Монреале советская сборная выиграла первый матч Суперсерии со счётом 7:3. Дата — 2 сентября 1972 года. Против неё играли канадские профессионалы, и теперь разговор о силе двух хоккейных миров происходил прямо на льду. У советского борта работали Всеволод Бобров и Борис Кулагин. Анатолия Тарасова в этом штабе не было. История первой встречи IIHF, хроника ФХР.
Первый матч показал силу советской школы и без Тарасова у борта. Но матчей было восемь. И после них Тарасов прожил ещё больше двадцати лет.
Это заключительная, пятая часть. В ней радость снова сменится поражением, а за спором о великих командах появятся дети в слишком больших ботинках.
Восемь матчей вместо одного приговора
Суперсерия не была чемпионатом мира. Четыре матча прошли в Канаде, четыре — в Москве. Канадский состав тоже нельзя описывать как собрание абсолютно всех сильнейших: Бобби Орр не играл после операции, Бобби Халл оказался вне команды из-за перехода в ВХА. Эти обстоятельства напоминает обзор IIHF.
После первой победы СССР проиграл в Торонто 1:4, затем были ничья 4:4 и победа 5:3 в Ванкувере. Московская часть началась советскими 5:4. Три оставшихся матча выиграла Канада. Общий итог — четыре её победы против трёх советских при одной ничьей. Последняя встреча закончилась 6:5; Пол Хендерсон забил решающий гол за 34 секунды до сирены. Все результаты на сайте Hockey Canada.
Гордость за уровень советской игры здесь соседствует с болью от проигранного исхода. Монреальские 7:3 остаются яркой победой, а общий итог — победой Канады.
Между первой и последней встречами хватило жестокости. В шестом матче Бобби Кларк ударил Валерия Харламова клюшкой по ноге. Травма оставила советского нападающего вне седьмой игры; в восьмой он вернулся. Этот эпизод описывают историческое издание IIHF, с. 5 и обзор NHL.
Как закончилась бы серия без травмы Харламова, неизвестно. Одному из её ярчайших игроков пришлось пропустить важнейший матч, а затем снова выйти на лёд.
А если бы у борта стоял Тарасов?
Этот вопрос понятен. В команде были люди, которых он годами готовил; Фирсов, не сыгравший в серии, объяснял свою позицию привязанностью к прежнему тренеру. Интервью Фирсова PBS. Но ответ «тогда бы точно победили» нельзя проверить.
Тарасовская школа действительно продолжалась в учениках. Техника не исчезает в день смены штаба. Привычка искать партнёра, объём выполненной работы, опыт больших турниров остаются с игроком. В этом смысле прошлое участвовало в каждом матче.
При этом Бобров и Кулагин работали с живой командой, а не перевозили готовое изделие. Им приходилось выбирать состав, реагировать на соперника и отвечать за результат. Игроки тоже принимали собственные решения. Признать вклад Тарасова можно, не отнимая у других участников их работу.
Тренер создаёт то, что однажды сможет существовать без него. Это свидетельство силы его труда; оно не обещает ему самому лёгкого расставания.
Анатолий Тарасов, ноябрь 1994 года. Фото: Лев Леонидович Медведев / Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0.
Не всякая новая работа заканчивалась золотом
Со сборной Тарасов расстался в 1972-м, с хоккейным ЦСКА — в 1974 году. В следующем сезоне он работал с футбольным ЦСКА. Команда закончила чемпионат на тринадцатом месте. Эти этапы подтверждают клубная хоккейная хронология и официальная история футбольного клуба.
Тринадцатое место не перечёркивает хоккейных достижений Тарасова. Но и они не давали универсального решения для любой команды: другая игра и другой состав требовали своей работы.
Тем временем у него давно было дело, которое нельзя измерить местом взрослой команды в чемпионате.
Ботинки отца
«Золотая шайба» возникла в 1964 году; Тарасов возглавил её центральный штаб ещё в годы работы со сборной. Значит, детский хоккей не был занятием, придуманным только после ухода из большого спорта. Он существовал рядом с олимпийскими победами. История клуба «Золотая шайба».
В интервью программе «Арена» 1990 года Тарасов возмущается отношением к детским соревнованиям и трудностями с инвентарём. Рассказывает о ребятах, которым приходится носить отцовские ботинки, подкладывая внутрь всё, что помогает заполнить лишнее место. Говорит о попытках добиться помощи, о людях, от которых зависит проведение турниров. Запись Гостелерадиофонда, особенно последние минуты.
Здесь Тарасов сам рассказывает о детском хоккее. Предмет спора очень конкретен: сможет ли ребёнок нормально выйти на лёд. В его рассказе видно, сколько настойчивости требуют заботы об инвентаре и проведении турниров.
Рассказ об отцовских ботинках перекликается с детством самого Тарасова. Тогда спортивная организация дала ему форму и возможность принести матери пирожное; теперь пожилой тренер требовал условий для других мальчишек. В обоих эпизодах спорт начинается раньше медалей — с места, куда тебя приняли, и вещей, в которых можно играть.
Анатолий Тарасов умер 23 июня 1995 года. Дата стоит в его клубной биографии. Девять мировых титулов подряд, три олимпийских золота тандема с Чернышёвым, знаменитые ученики останутся в спортивной истории.
В детском хоккее снова был нужен тренерский голос — чтобы взрослые услышали, чего не хватает детям. Когда-то Товаровский сказал молодому Тарасову, что такого голоса у него нет. За свою жизнь он научился пользоваться им так, что спор продолжался далеко за пределами хоккейной площадки.
История в пяти частях завершена. Для самостоятельного просмотра — подлинное интервью Тарасова 1990 года по ссылке выше; для знакомства с эпохой — материал «Русич Спорт» о спорте в СССР.